Юля (julia_monday) wrote,
Юля
julia_monday

Category:

Квэнта

Мои воспоминания о жизни в Валиноре и Нарготронде
Записки пробудившегося арфинга

15. Пир в Нарготронде.

Сокрытый город на юге постепенно обретал задуманный облик. Дополнительные пещеры закончили вырубать через десять лет после Дагор Аглареб. После этого самые искусные мастера из гномов и нолдор принялись превращать грубые пещеры в величественные залы, изящные жилые покои, светлые библиотеки, надежные сокровищницы и оружейные. Гномы хорошо знали, как из темной сырой пещеры сделать светлую и сухую комнату. Свет под землю проникал с помощью хитрой системы осветительных шахт, и он был так ярок, что казалось, будто помещение находится на поверхности земли, а не в толще скал. Пиршественные чертоги и тронная зала были украшены множеством колонн, покрытых изящной резьбой. Сам Финрод, искусный в резьбе по камню, высекал узоры на колоннах и стенах Нарготронда. Гномы, пораженные его мастерством, дали ему прозвище «Фелагунд» - «Высекатель пещер». Финрод гордился этим именем, ибо заслужить такую похвалу от гномов – искусных мастеров в работе с камнем – было почетно. Позже это эпессэ* использовалось наравне с его отцовским именем. А многие эльфы произносили его на манер эльдарина как «Фелагон», что означает «благородный владыка». Это прозвание как нельзя лучше подходило доброму и справедливому сыну Арфина.

Наконец, через пятьдесят и два солнечных года, тайный город был полностью построен. И он действительно был тайным – найти его можно было только если знать, где искать и подойти очень близко к пещерам. Но вражеские воины и соглядатаи не могли приблизиться незаметно, ибо густые леса вокруг города постоянно охранялись. Главные Врата Нарготронда располагались на берегу Нарога. Но перейти реку в этом месте было невозможно, ибо она была слишком быстрой и бурной. Мост же Финрод возводить не стал, ибо если он и был бы полезен защитникам города, то гораздо больше пользы он принес бы врагам, которые получили хорошую площадку для штурма ворот. Cами врата были сделаны из крепчайшего железа, а вела к ним узкая тропа вдоль крутого берега реки. Защитить эту тропку было легко, ибо по ней могли продвигаться не более трех эльфов в ряд. У ворот постоянно находилась стража. Кроме главного входа у Нарготронда было еще несколько, о которых знали только его жители и которыми старались не пользоваться без нужды. Правда, для доставки телег с грузами, был еще один широкий вход на востоке. Но путь к нему шел через узкое ущелье, на входе которого стояла стража. Кроме того, это ущелье легко было завалить камнями, так что ни одно войско не могло прорваться через него в город. В лиге от Врат Нарготронда, за Нарогом, Финрод приказал насыпать холм, Амон Этир**. На нем постоянно находился дозор, который наблюдал за окрестностями, так что враги не могли подобраться близко незамеченными. Что касается долгой осады, то ее тоже можно было не бояться. Внутри пещер было несколько источников с пресной питьевой водой, а обширные кладовые ломились от припасов. Взять Нарготронд извне было невозможно.

Через сто и два солнечных года после прихода нолдор в Белерианд строительство Нарготронда было окончено. Большая часть населения Тол-Сириона перебралась туда, в крепости остался лишь гарнизон со своими семьями, которым командовал Ородрет. Мы с братьями тоже отправились в новый город. Неугомонный Майтор последовал за нами – впрочем, в этом я и не сомневалась. После того разговора он больше не обнаруживал своих чувств вслух, хотя его глаза говорили многое. Я же со своей стороны никак не могла разобраться со своими чувствами. Майтор был мне приятен, но пока я не ощущала в себе ничего, кроме дружеского расположения к нему. Часто мы гуляли вместе по зеленым холмам и лужайкам, разговаривая о тысяче разных вещей, смеясь и напевая.

После завершения строительства города Финрод устроил большой пир. К нему приехали все три младших брата, и даже Галадриэль прибыла на праздник из Дориата. Одновременно праздновали и свадьбу Ородрета, который взял в жены деву по имени Сульвэн, родом из северных синдар. Они полюбили друг друга еще в Митриме, но вступить в брак решили только сейчас, ибо у Ородрета было слишком много хлопот, как и всех принцев нолдор.

Пировали в тронной зале Нарготронда – самой большой из всех. Во главе стола сидел Финрод, по правую руку от него – Ородрет и Сульвэн, по левую – Ангрод, Аэгнор и Галадриэль. На голове у Финрода был серебряный королевский венец. На пир пригласили и гномов из Синих Гор, строивших город. В начале праздника старейшина гномов по имени Трайм встал и попросил разрешения говорить. После кивка Финрода он сказал:

- О владыка Фелагунд, мы рады, что ты даришь нас своей дружбой и союзом. Мы с радостью строили город для тебя, и ты был щедр к нам, мы довольны твоей платой. Но и народ кхазад желает вручить тебе дар.

С этими словами Трайм дал знак, и гном из его свиты подал ему шкатулку. Трайм раскрыл ее и поднял вверх золотое ожерелье, которое было украшено множеством самоцветов. Он подошел к Финроду и сказал:

- Прими же этот дар, о король! Это не простое ожерелье, на него наложены чары – хоть оно и кажется тяжелым, но на шее владельца оно будет весить не больше, чем полоска льна, и всегда будет выглядеть изящно.

Он с поклоном передал ожерелье Финроду. Тот, улыбнувшись, кивнул гному, взял ожерелье и застегнул его у себя на шее. И се! Воистину, гном сказал правду. Ожерелье выглядело так, будто его сделали по мерке, и Финрод в нем казался еще прекраснее, чем обычно. Он сказал:

- Благодарю тебя, мастер Трайм. Воистину, наугрим – великие мастера, и нам еще есть, чему у них поучиться.

После этого начался пир. Играли музыканты, лилось вино, гости поздравляли новобрачных. В честь Ородрета и Сульвэн Финрод исполнил песню, в которой пелось о прекрасной земле Белерианд. Голос его был прекрасен и мы как будто воочию увидели зеленые леса, быстрые реки, прозрачные озера нашей новой родины.

Вскоре я перестала обращать внимание на то, что происходило во главе стола, ибо Майтор развлекал нас с братьями бесконечными веселыми рассказами. Потом он увлек меня танцевать. Эарниль тоже нашел себе пару – одну из девушек-синдар. Келеброн подсел к гномам, и они завели бесконечный спор о том, как лучше обрабатывать серебро. Мы с Майтором танцевали, пока я не утомилась. Я сказала:

- Майтор, если ты не дашь мне передохнуть, я упаду прямо посреди зала, и ты будешь виноват в моей безвременной кончине!

- Конечно, Ильвэн, давай отдохнем! Давай сядем и выпьем еще немного этого чудесного южного вина.

Мы вернулись на свои места и выпили по бокалу. Я задумчиво вертела в пальцах изящный бокал и оглядывала гостей. Тут я заметила, что во главе стола остались только Финрод и его сестра. Галадриэль, смеясь, что-то сказала брату. Финрод улыбнувшись, начал было отвечать, и вдруг как будто осекся. Лицо его помрачнело, и он произнес какую-то длинную фразу, от которой с лица Галадриэли тоже сошла улыбка. И до самого конца пира они больше не улыбались.

* Прозвище.
** Сторожевой Холм
Tags: записки арфинга
Subscribe

  • Последние времена

    Последние времена настают.  Вот, правда, последние. Ишь, чего удумали - охотиться они больше не хотят! Копье метать не умеют! Из лука стреляют…

  • Всемирная пандемия глупости

    На работе - сотрудница уверяет, что "коронавирус придумали, чтобы сократить население Земли". Мама уверяет, что подростков будут прививать и у них…

  • (no subject)

    Температура еще есть (38), но чувствую себя намного лучше, слабость почти ушла. Ночь прошла нормально.

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments