October 17th, 2008

Квэнта

Мои воспоминания о жизни в Валиноре и Нарготронде
Записки пробудившегося арфинга


19. Правда

После этого я стала больше внимания обращать на поведение Морендура. Обычно, у каждого эльда есть любимое дело. Один весь день пропадает в кузне, другой занимается резьбой по дереву, третий – растит пшеницу или цветы. Всякий занят делом. Хотя среди синдар и нандор были такие, что находили удовольствие лишь в постоянных странствиях – но они никогда не селились в городах. А у Морендура любимого занятия не было. Чаще всего он просто бродил по всему подземному городу, как будто что-то разыскивая. Еще он нередко беседовал с жителями Нарготронда. И после бесед с ним бывало, что друзья ссорились, а родичи переставали разговаривать друг с другом. Обычно он хвалил собеседника, а про его товарищей говорил что-то плохое – но так, что его нельзя было обвинить в прямой лжи. Говорил он плохо и о Финроде, указывая, что тот гораздо больше проводит времени с людьми, чем с собственным народом и слишком часто оставляет Нарготронд. Людей он презирал, объясняя это тем, что они – глупые и ничтожные существа, только по ошибке считающиеся детьми Эру. «Они не намного лучше орков», - говорил он, «такие же грубые и тупые, такие же свирепые и алчные. Они годятся лишь на то, чтобы служить нам, Перворожденным, истинным детям Эру, а ваш король носится с ними, будто они – наша ровня, а не слуги. Придет день – и они предадут нас Морготу за ничтожную плату». Не все верили его словам, но были такие, кто из-за своего высокомерия и гордыни охотно прислушивались к Морендуру. Финрод, заметив изменившееся отношение эльдар к людям, быстро установил источник темных и слухов и пригрозил Морендуру изгнанием, если он не прекратит подобные разговоры. Морендур покорился и перестал говорить о недоверии к людям открыто. Теперь он даже пытался подружиться с Беором и воздавал ему во всеуслышание преувеличенную хвалу. Но было очевидно, что он неискренен.

Collapse )